«Я ‒ украинец»: истории переселенцев из Крыма и Донбасса

В понедельник, 20 июня, в мире отмечали День беженцев. С началом российской агрессии это явление стало известным и в Украине. По официальным данным, их около полутора миллионов ‒ вынужденных переселенцев из оккупированных Крыма и Донбасса. «Голос Америки» рассказывает истории трех украинцев родом из Судака, Севастополя и Донецка.

Леда не любит слова «беженка». Хотя из аннексированного Крыма ей все-таки пришлось бежать. «Я украинка, в первую очередь. То, что я крымчанка ‒ я когда-то этого не выбирала в детстве. Я украинка. Крым ‒ это часть Украины, все», ‒ говорит она. Судак, где она родилась и выросла, ‒ маленький город, все всех знают, а она своих проукраинских взглядов не скрывала. Поэтому в безопасности почувствовала себя лишь тогда, когда с мужем и сыном покинула оккупированный Россией полуостров.

«Было такое ощущение свободы. Первое, что я сделала, когда мы переехали этот условный рубеж, я достала желто-голубую ленту и завязала на зеркальце в машине и помахала рукой снайперу на вышке. Это было прекрасное чувство ‒ уехать и понять, что тебе ничего не угрожает»

 ‒ вспоминает она тот день, когда пришлось покинуть Крым.

Леда из русскоязычной семьи. Она говорит ‒ украинскость у нее из книг, а еще от любимой учительницы в школе. На украинский язык перешла уже после переезда в Киев. Работала сначала в музее истории, потом в институте книги. А сейчас начинает собственное дело ‒ учредила пиар-агентство для малых бизнесов, чтобы помогать таким, как сама, создать деловой бренд и «раскрутиться» в соцсетях.

«У меня всегда будет особое отношение к людям, которые оказались в том же положении, что и я. Ветераны, перемещенные лица, просто крымские татары на территории материковой Украины, все родные мне, понятные по духу люди», ‒ делится Леда чувствами с «Голосом Америки».

Михаил Джамаль ‒ вынужденный переселенец из Севастополя. В 2014-м году он протестовал против захвата Крыма Россией, попал в «черные списки» ФСБ, вынужден был срочно уехать. Оставил на полуострове весь свой бизнес и недвижимость. Здесь, под Киевом, новую жизнь он начинал практически с нуля. В селе Крюковщина в нескольких километрах от столицы он построил комплекс таунхаусов, названный «Крымский квартал».

Он говорит, что построенное его компанией жилье ‒ это уникальное маркетинговое предложение. Джамаль решил не продавать недвижимость сторонникам «русского мира». Рассказывает, что в первую очередь фильтрует претендентов в Facebook, а потом еще и проводит собеседование. Недавно отказал покупателю, который был подписан на одиозного пророссийского блогера, и еще одному, запостившему фотки с отдыха в оккупированном Крыму, и священнику Московского патриархата.

«Я подбирал себе соседей, с которыми мне будет приятно и комфортно жить. Здесь исключительно проукраинская среда, здесь нет ни одного человека, не участвовавшего в каких-то волонтерских движах», ‒ хвастается бизнесмен.

Даже названия улиц в его городке напоминают о прошлой жизни. «Это у меня Крымская улица. Там дальше есть Севастопольская улица, а вот эта, перпендикулярная ‒ это у нас улица Балаклавская. Пока я не имею возможности посещать Крым, я хочу создавать вокруг себя что-то свое, родное», ‒ рассказывает Михаил.

Он, говорит, что и мысли для себя не допускал остаться на аннексированном Россией полуострове: «Я украинец. И я не хочу, не могу и не буду жить в оккупации».

Почти такие же слова говорит и другой вынужденный переселенец, бывший дончанин Михаил Глубокий: «Чувствую себя украинцем и всегда чувствовал. И до войны, и сейчас тоже». До войны Михаил делал художественные и образовательные выставки на территории Донецкого завода изоляционных материалов. Проект назывался «Изоляция». Когда началась война, «Изоляцию» захватили боевики, превратив арт-пространство в концлагерь с застенками.

«В июле 2014 года на территорию «Изоляции» зашли вооруженные люди с бумажкой, на которой было написано, что теперь эта территория принадлежит им, и они будут ее использовать для хранения российской гуманитарной помощи. Мы потом видели, какая это помощь», ‒ вспоминает события Михаил.

Всей командой «Изоляция» перебралась в Киев. Не было с собой ничего, кроме рюкзаков. Но Михаил считает ‒ им повезло, потому что переехали вместе с работой. С тех пор свой арт-проект делают здесь, на Киевском судостроительном заводе. Привлекают внимание к событиям, происходящим на Донбассе, организуют протесты, работают с такими, как сами, переселенцами с востока.

Михаил с иронией относится, когда их с земляками в Киеве называют «донецкими». «Мы об этом шутим, конечно. Но сейчас мы чувствуем себя просто гражданами своей страны, мы чувствуем себя дома, где бы мы ни были», ‒ с улыбкой говорит Михаил.

https://ru.krymr.com/a/istorii-pereselencev-iz-kryma-i-donbassa/30686022.html?fbclid=IwAR2aelFehGwfgHTChkGJOlG1F3jB_Eab_7Y9WKURVt0-zG90U98UtYf7dkU

Share